Не может Атрон. Или что, мейлру делегировала ему эти полномочия? Если нет, то почему сами не написали?
То есть ты не признаешь мое право на то, чтобы, воспользовавшись этим материалом, начать подготовку нового материала? Я правильно понял? Ты только что лишил меня права быть активным участником раскрутки этой совершенно публичной истории?
Но Кьярра не получала у мэйл.ру разрешение на публикацию. Почему ты не обсуждал этичность ее заметки тогда?
Я знаю, что мое мнение здесь ни во что не ставят, но это уже какой-то сюр.
Есть клиент компании, который стал жертвой злоумышленника. Есть компания, которой он платит деньги, но которая не защищает его от действий злоумышленника. Это право клиента/потерпевшего — делиться информацией, не делиться информацией, прекращать говорить о своих отношениях с компанией или возобновлять рассказ. Клиент всегда защищен законом и корпоративной этикой больше, чем поставщик услуги; если клиент будет говорить о подробностях своих дел с компанией, ему ничего не будет, если это сделает компания, на нее можно подать в суд.
Компания имеет право защищать себя в форме разглашения информации, только если имеет место быть диффамация — заведомый обман. Т.е. если бы Сьютте в техподдержке сказали — да, мы вернем вам все до копейки, а она пошла и написала бы — они сказали, что ничего не вернут. Если клиент дописал историю своих отношений с компанией до какой-то точки, и эта история была на тот момент правдивой, это право клиента — продолжать или не продолжать историю. Право, а не обязанность. Поскольку если отношения с компанией продолжаются, они точно так же защищены пресловутой приватностью.
Так мало того, в нашем случае речь идет еще и о случае, когда законные права клиента нарушены. Он еще и потерпевший. И в этом случае у него точно есть вся полнота прав распоряжаться любой информацией по собственному делу, пока он не перестанет быть потерпевшим.
Речь не идет о личной переписке между Сьюттой и неизвестным сотрудником ТП. Речь не идет о приватности личных писем. Это отношения клиент (сторона, которая платит) — компания (сторона, которой платят). Те, кому платят, имеют больше обязанностей, чем прав. А уж если интересы и права клиента нарушены — и подавно.
Офигенное сравнение, просто офигенное. Человек написал разгромную заметку с полной детализацией совершенно конкретной ситуации. Дальше участники этой истории целиком цитируют ответы службы поддержки и сообщают, что это конец истории. Я, основываясь на полученных данных, продолжаю раскручивать тему и узнаю, что история закончилась не совсем так. Прихожу в тему, где обсуждалась эта история, и спрашиваю новые детали. Оказывается, это я рассказал, что у человека был понос. Занавес.
Конфиденциальность может быть частичной, но в любом случае не тебе решать какая часть. Ты здесь был третьим лицом.
На каком основании ты решил, что конфиденциальность частичная? Что это вообще за частичная конфиденциальность абсолютно публичной истории? Можешь пояснить? На каком основании ты лишаешь меня права оценивать степень конфиденциальности информации, спокойно оставляя такое право за собой?
Мы с тобой оба наелись селедки и запили молоком. Ты говоришь «что ты делал вчера в туалете?», а я на это говорю «а ты?» и улыбаюсь. Это, по крайней мере ближе к тому, что произошло. Хотя все равно не до конца.
Почему? Почему не про Кьярру, а про Атрона? Почему такое неравенство, а? Тайна переписки, если уж мы ее тут обсуждаем, относится ко всем вообще, а не только к тем, кто в переписке не участвовал. Почему Кьярра может публично сообщить, что переписка есть, а mail.ru — не может, например?
Давай представим гипотетически такую ситуацию: ты очень не хотел бы чтоб кто-то узнал, что у тебя вчера случился понос. Ну всякое бывает, селёдку молоком запил случайно. А я тебя в компании друзей спрашиваю: «Рыж, а что ты делал вчера в туалете?». Смотри, я не называю факта, но прямо указываю на него. Как бы ты чувствовал себя при этом?
Но вот по формальным критериям если факт указывает на существование информации, но не называет её, то этот факт может использоваться (а в данном случае так и произошло) для выведывания информации как маркер. То есть посему этот факт является частью информации, так как сам тоже несёт данные. А значит их следует применять вместе и они должны обладать равными свойствами, в том числе и приватностью.
Бррр… что это? Я не понимаю, что ты пытаешься завертеть этими оборотами. Я уже писал о том, что конфиденциальность эта история потеряла в момент публикации на страницах этого сайта в виде заметки. Я использую эту информацию в качестве базиса для выдвижения претензий mail.ru, когда оказывается, что злоумышленника они установили, а вот вещи вернуть не могут. Я говорю — как так? Вот же история. А мне очень аккуратно объясняют, что история закончилась не совсем так, как сейчас написано в заметке, на которую я ссылаюсь. Какая конфиденциальность и кого при этом нарушена? Конкретно.
Раскрывать или не раскрывать факт или детали частной переписки решать самим переписчикам. Это не меняет статус этой переписки, то есть часть из неё они могут утаить, это защищено статусом. Моё или чьё либо ещё мнение не влияет на этот статус.
А был ли мальчик? Так что ли?
Конкретно о правилах сохранения конфиденциальной информации надо смотреть правила мейлру. Но вот по формальным критериям если факт указывает на существование информации, но не называет её, то этот факт может использоваться (а в данном случае так и произошло) для выведывания информации как маркер. То есть посему этот факт является частью информации, так как сам тоже несёт данные. А значит их следует применять вместе и они должны обладать равными свойствами, в том числе и приватностью.
То есть ты не признаешь мое право на то, чтобы, воспользовавшись этим материалом, начать подготовку нового материала? Я правильно понял? Ты только что лишил меня права быть активным участником раскрутки этой совершенно публичной истории?
Есть клиент компании, который стал жертвой злоумышленника. Есть компания, которой он платит деньги, но которая не защищает его от действий злоумышленника. Это право клиента/потерпевшего — делиться информацией, не делиться информацией, прекращать говорить о своих отношениях с компанией или возобновлять рассказ. Клиент всегда защищен законом и корпоративной этикой больше, чем поставщик услуги; если клиент будет говорить о подробностях своих дел с компанией, ему ничего не будет, если это сделает компания, на нее можно подать в суд.
Компания имеет право защищать себя в форме разглашения информации, только если имеет место быть диффамация — заведомый обман. Т.е. если бы Сьютте в техподдержке сказали — да, мы вернем вам все до копейки, а она пошла и написала бы — они сказали, что ничего не вернут. Если клиент дописал историю своих отношений с компанией до какой-то точки, и эта история была на тот момент правдивой, это право клиента — продолжать или не продолжать историю. Право, а не обязанность. Поскольку если отношения с компанией продолжаются, они точно так же защищены пресловутой приватностью.
Так мало того, в нашем случае речь идет еще и о случае, когда законные права клиента нарушены. Он еще и потерпевший. И в этом случае у него точно есть вся полнота прав распоряжаться любой информацией по собственному делу, пока он не перестанет быть потерпевшим.
Речь не идет о личной переписке между Сьюттой и неизвестным сотрудником ТП. Речь не идет о приватности личных писем. Это отношения клиент (сторона, которая платит) — компания (сторона, которой платят). Те, кому платят, имеют больше обязанностей, чем прав. А уж если интересы и права клиента нарушены — и подавно.
На каком основании ты решил, что конфиденциальность частичная? Что это вообще за частичная конфиденциальность абсолютно публичной истории? Можешь пояснить? На каком основании ты лишаешь меня права оценивать степень конфиденциальности информации, спокойно оставляя такое право за собой?
Мы с тобой оба наелись селедки и запили молоком. Ты говоришь «что ты делал вчера в туалете?», а я на это говорю «а ты?» и улыбаюсь. Это, по крайней мере ближе к тому, что произошло. Хотя все равно не до конца.
А как они должны это решать? Сообща или каждый по отдельности может делать с перепиской что захочет?
Бррр… что это? Я не понимаю, что ты пытаешься завертеть этими оборотами. Я уже писал о том, что конфиденциальность эта история потеряла в момент публикации на страницах этого сайта в виде заметки. Я использую эту информацию в качестве базиса для выдвижения претензий mail.ru, когда оказывается, что злоумышленника они установили, а вот вещи вернуть не могут. Я говорю — как так? Вот же история. А мне очень аккуратно объясняют, что история закончилась не совсем так, как сейчас написано в заметке, на которую я ссылаюсь. Какая конфиденциальность и кого при этом нарушена? Конкретно.
А был ли мальчик? Так что ли?
Конкретно о правилах сохранения конфиденциальной информации надо смотреть правила мейлру. Но вот по формальным критериям если факт указывает на существование информации, но не называет её, то этот факт может использоваться (а в данном случае так и произошло) для выведывания информации как маркер. То есть посему этот факт является частью информации, так как сам тоже несёт данные. А значит их следует применять вместе и они должны обладать равными свойствами, в том числе и приватностью.