Кто летал, тот знает: Посадка

Kerbal Space Program: Any landing you can walk away from is a good one.

Продолжаем нашу литературную тему. Сегодня я хочу уделить внимание одному из самых ярких авторов научной фантастики — Станисаву Лему с его «Рассказами о пилоте Пирксе». Первый раз с отважным навигатором я познакомился еще до открытия Kerbal Space Program. А теперь вот, относительно недавно, возвращался к нему второй раз. Разница в восприятии «до и после» была настолько огромна, что я стал по-новому смотреть на творчество Лема, и уважать его в разы больше.

Что тут еще сказать? Передаю слово Лему. Вот отрывок из рассказа «Ананке». Посадка сверхтяжелого космического транспорта «Ариэль» на поверхность Марса.

***

– Эй вы, там, на Агатодемоне, это «Ариэль», говорит Клайн, мы на оптической, высота шестьсот, через двадцать секунд переключаемся на автоматы для посадки. Прием.
– Агатодемон – «Ариэлю!» – поспешно сказал в микрофон Сейн, маленький, с остроносым птичьим профилем. – Вы у нас на всех экранах, на каких только можете быть, поудобней укладывайтесь и аккуратненько идите вниз. Прием!
«Шуточки у них!» – подумал Пиркс, который этого не любил, возможно, из суеверия; но они тут, видно, ни в грош не ставят строгости процедуры.
– «Ариэль» – Агатодемону: у нас триста, включаем автоматы, опускаемся без бокового дрейфа, нуль на нуль. Какова сила ветра? Прием!
– Агатодемон – «Ариэлю»: ветер 180 в минуту, север-северо-западный, ничего он вам не сделает. Прием.
– «Ариэль» – всем: опускаюсь на оси, кормой, у рулей автоматы. Конец.

Наступила тишина, только реле быстро бормотали что-то по-своему; на экранах уже ясно обозначалась белая светящаяся точка, она быстро вырастала, словно кто-то выдувал пузырь из огненного стекла. Это была пышущая пламенем корма корабля, который действительно опускался, как по невидимому перпендикуляру, без подрагиваний и отклонений, без малейших признаков вращения, – Пирксу приятно было смотреть на это. Он оценивал расстояние примерно в сто километров; до пятидесяти не было смысла глядеть на корабль сквозь окно, тем не менее у окон уже толпились люди, задрав головы в зенит.

Диспетчерская имела постоянную радиофоническую связь с кораблем, но сейчас попросту не о чем было говорить: весь экипаж лежал в антигравитационных креслах, все делали автоматы под руководством главного корабельного компьютера; это именно он распорядился, чтобы атомную тягу при шестидесяти километрах высоты, то есть на самой границе стратосферы, сменили на бороводородную.

Теперь Пиркс подошел к центральному, самому большому окну и сейчас же увидел в небе сквозь бледно-серую дымку колючий зеленый огонек, крохотный, но необычайно ярко мерцающий, словно кто-то сверху просверливал атмосферу Марса пылающим изумрудом. От этой сверкающей точки расходились во все стороны бледные полоски – это были клочки туч, вернее, тех недоносков, которые в здешней атмосфере выполняют обязанности туч. Попадая в сферу ракетных выхлопов, они вспыхивали и распадались, как бенгальские огни.

Корабль рос; собственно, по-прежнему росла только его круглая корма. Раскаленный воздух заметно колебался под ним, и неопытному человеку могло бы показаться, что корабль слегка раскачивается, но Пиркс слишком хорошо знал эту картину и не мог ошибиться. Все шло так спокойно, без всякого напряжения, что Пиркс припомнил первые шаги человека на Луне – там тоже все шло, как по маслу. Корма была уже зеленым пылающим диском в ореоле огненных брызг. Пиркс поглядел на главный альтиметр над пультами контролеров, – когда имеешь дело с такой громадиной, как «Ариэль», легко ошибиться в оценке высоты. Одиннадцать, нет – двенадцать километров отделяло «Ариэль» от Марса; очевидно, корабль опускался все медленней благодаря возрастанию тормозной тяги.

Вдруг сразу произошло многое.
Кормовые дюзы «Ариэля» в короне зеленых огней заколебались как-то по-иному. В громкоговорителе послышалось невнятное бормотание, выкрик, нечто вроде: «Ручная!», а может, «Не знаю!» – единственное; что прокричал человеческий голос, сдавленный, искаженный, – неизвестно, был ли это Клайн. Зеленый огонь, полыхавший из кормы «Ариэля», вдруг поблек. Это длилось долю секунды. В следующее мгновение корма словно растопырилась от ужасающей бело-голубой вспышки, и Пиркс понял все сразу, в дрожи ошеломления, пронзившей его с головы до пят, так что глухой исполинский голос, зарокотавший в громкоговорителе, ничуть не удивил его.

– «Ариэль» (пыхтенье). Перемена процедуры. Из-за метеорита. Полный вперед на оси. Внимание! Полная мощность!

Это был автомат. На фоне его голоса кто-то вроде кричал, а может, это чудилось. Во всяком случае, Пиркс правильно истолковал изменение окраски выхлопного пламени: вместо бороводорода включилась полная мощность реакторов, и гигантский корабль, будто заторможенный ударом ужасающего невидимого кулака, дрожа всеми скреплениями, остановился – по крайней мере так это выглядело для наблюдателей – в разреженном воздухе, на высоте всего четырех-пяти километров над щитом космодрома. Нужен был маневр дьявольский, запрещенный всеми правилами и постановлениями, вообще выходящий за рамки космонавигации, – удержать махину в сто тысяч тонн весом; ведь требовалось сначала погасить скорость ее падения, чтобы она вслед за тем снова могла взвиться вверх.

Пиркс увидел в ракурсе бок исполинского цилиндра. Ракета потеряла вертикальное положение. Она кренилась. Начала было невероятно медленно выпрямляться, но ее качнуло в другую сторону, как гигантский маятник; новый обратный крен корпуса был уже больше. При столь малой скорости потеря равновесия с такой амплитудой была неодолима.

Лишь теперь дошел до Пиркса крик главного контролера:
– «Ариэль»! «Ариэль»! Что вы делаете?! Что у вас творится?!
Как много может произойти за долю секунды!
Пиркс у параллельного, незанятого пульта во всю глотку кричал в микрофон:
– Клайн!!! На ручную!!! Переходи на ручную, к посадке!!! На ручную!!!
Только в этот момент накрыл их протяжный немолкнущий гром. Только теперь донеслась до них звуковая волна! Как недолго все длилось!
Стоящие у окон закричали в один голос. Контролеры оторвались от пультов.

«Ариэль» падал, кувыркаясь, как камень, и качающиеся полосы кормового огня вслепую рассекали атмосферу; корабль вращался, безжизненный, будто труп, словно кто-то швырнул эту гигантскую башню с неба вниз, на грязно-бурые дюны пустыни. Все стояли как вкопанные в жутком глухом молчании, потому что ничего уже нельзя было сделать; громкоговоритель невнятно хрипел, бормотал, слышались отголоски то ли отдаленной суматохи, то ли гула океана, и неизвестно, были ли там человеческие голоса, – все сливалось в сплошной хаос. А белый, словно облитым сиянием, невероятно длинный цилиндр все быстрее мчался вниз. Казалось, что он угодит прямо в диспетчерскую. Кто-то рядом с Пирксом охнул. Все инстинктивно съежились.

Корабль наискось ударился об одну из невысоких оград вокруг щита, разломился надвое и, с какой-то странной медлительностью разламываясь дальше, раскидывая осколки во все стороны, зарылся в песок. Мгновенно взвилась туча высотой с десятиэтажный дом, в ней что-то загремело, зарокотало, брызнуло огненными струями, над гривистой завесой взметнувшегося песка вынырнул все еще ослепительно белый нос корабля, оторвался от корпуса, пролетел несколько сот метров; потом все почувствовали мощные удары – один, другой, третий; почва колыхалась от этих ударов, как при землетрясении. Все здание качнулось, подалось вверх и снова опало, словно лодка на волне. Потом в адском грохоте дробящегося металла все закрыла бронзово-черная стена дыма и пыли.

***

Даже если вы никогда не пользовались не всегда стабильно работающей функцией посадочного автопилота MechJeb, который также умеет выкидывать фортели в самые неподходящие моменты, то хотя бы представляете себе динамику полета тяжелого космического корабля во время управляемой посадки. Любой серьезный крен на низкой высоте может оказаться непреодолимым, фатальным, особенно в нижних слоях атмосферы. Фантазия Лема ярко вырисовывала подобные картины уже в начале семидесятых, всего несколько лет после высадки Аполлона-11 на Луне. Спасибо ему за то, что поделился ею с нами!
Читайте также

5 комментариев

avatar
Добавлю кое-что. Одной из целей написания данного цикла заметок было желание инициировать обмен подобного рода цитатами, которые бы отражали, повторяли или дополняли наш опыт игры в Kerbal Space Program. Поэтому, я призываю всех желающих оставлять в комментариях ссылки или цитаты на сюжеты в рамках озвученных тем, а также писать полноценные заметки на другие темы. В рамках игровых возможностей, конечно же, оставаясь верными KSP.
avatar
Фильм «Аполло 13» с Томом Хэнксом — прямо таки руководство по созданию миссии в КСП.
avatar
Есть такое, да, мне очень понравился. Хэнкс же еще был продюсером и рассказчиком в шикарнейшем 12-серийном мини-сериале From the Earth to the Moon. Но давайте, все же, стараться ограничиваться литературой :)
avatar
Не давайте :-) А еще была игра Buzz Aldrin's Race Into Space, я в 13 лет в ней летал, Гагарин горел в ракете… Кстати там была куча флагов для миссий...
Собственно, из-за Аполло-13 и BARIS мне KSP снился задолго до его выхода… Я даже сам пытался симулятор делать на дельфи: (корабль — красная точка :-) )
avatar
на космотему.
www.tsenki.com/broadcast/
В ночь с 28-29 мая в 00-32 мск состоится пилотируемый пуск РН «Союз-ФГ» с ТПК «Союз ТМА 09-М». Место старта г. Байконур, площадка №1, СК 17П32-5.
Трансляция начнется за пол часа-час.

Оставить комментарий